Tags: Федор Сологуб

ОНАНИЗМ ДЕЛАЕТ ЧЕЛОВЕКА МИЗАНТРОПОМ

ПЕРЕДОНОВ - ЭТО ФЕДОР СОЛОГУБ

https://coollib.net/b/254518-margarita-mihaylovna-pavlova-pisatel-inspektor-fedor-sologub-i-f-k-teternikov/read

Я сейчас читаю текст Маргариты Павловой о Федоре Сологубе и его романе “Мелкий Бес”, составленный на основе писем и дневников Сологуба, и, выходит, что роман-то почти автобиография. Передонов – это почти Федор Сологуб-Тетерников в молодости. Все герои списаны с реальных персонажей.

Сам текст романа умиляет в отличие от фильма. Все эти чаепития, обращения по имени отчеству, молебны, карты, и, самое, главное, - эти бесконечные разговоры. Это так прелестно.

Потом стремление всех переженить. Свадьба - это какой-то локомотив русской литературы и у Гоголя, и у Чехова, и у Достоевского, и у Старицкого, и у Островского, и у Сологуба. После женитьбы на героев повествования неизменно должны сыпаться какие-то СОСТОЯНИЯ, МИЛЬОНЫ, ЗОЛОТЫЕ РУДНИКИ, ПОМЕСТЬЯ! Очень смешно. Поэтому по страницам романов бродят какие-то тетушки, княгини, сводницы, свахи, устраивающие протекции в Санкт-Петербурге.

Совсем иное отношение к детям. Повсюду розги, порка детей и стояние на коленях. Матушка порола Сологуба уже, когда он был учителем, а после этого он сам уже ходил по домам детей и порол их по-доброму, по-хозяйски и это считалось добродетелью.

Сологуб сообщал сестре: «Меня на днях маменька опять высекла» (28 марта 1892)[92]. Одна из поведанных ей историй очень напоминает эпизоды из «Мелкого беса» (письмо от 20 сентября 1891):

"Из-за погоды у меня в понедельник вышла беда: в пятницу я ходил на ученическую квартиру недалеко босиком и слегка расцарапал ногу. В понедельник собрался идти к Сабурову, но так как далеко и я опять боялся расцарапаться, да и было грязно, то я хотел было обуться. Мама не позволила, я сказал, что коли так, то я не пойду, потому что в темноте по грязи неудобно босиком. Маменька очень рассердилась и пребольно высекла меня розгами, после чего я уже не смел упрямиться и пошел босой. Пришел я к Сабурову в плохом настроении, припомнил все его неисправности и наказал его розгами очень крепко, а тетке, у которой он живет, дал две пощечины за потворство, и строго приказал ей сечь его почаще[93]."



Получается, что Сологубу было в этот момент 29 лет! И его высекла маменька.

И еще одно пикантное обстоятельство. "Мелкий бес" стал настоящей сенсацией в 1905 году по одной лишь причине, мне думается. Это было сродни явлению "Маленькой Веры" советскому народу. За ширмой безумия Сологуб вскользь рассказал обо всех интимных пороках. В 4 героев он впихнул – все, что только можно: Инцест, гомоэротику, соблазнение малолетнего, переодевание в женские одежды, садомазохизм и вуайеризм.

Вот, например, чем наполнена приватная переписка Сологуба.

https://coollib.net/b/254518-margarita-mihaylovna-pavlova-pisatel-inspektor-fedor-sologub-i-f-k-teternikov/read

Онанизм делает человека меланхоликом, мизантропом, эгоистом. Но человек исполнен неразрешимых противоречий. Сладострастные наслаждения есть подобие наслаждений любовных. В нем вырабатывается чувство изящного. В то же время чувство любви, нежности, хотя все это скрыто под личиной холодности и апатичности. Онанист испорчен нравственно лишь тогда, когда он имеет столкновение с грубыми, развратными товарищами и сходится с ними. Если он одинок, чувство прекрасного заставляет его презирать их. В юности он еще может возродиться, если что-нибудь разбудит и разовьет в его душе прекрасные чувства.

2-е утро. 29 июня 1881 года. Относительно способности развивать свои нравственные убеждения онанист стоит весьма высоко, если он умен. Он сознает свое падение, сознает всю грязь своей жизни, и чем грязнее его жизнь, тем чище противоречащий ей идеал. Но этого мало. Привыкнувший смело и откровенно смотреть на себя, сознавая и свое хорошее и дурное, он привыкает также прямо и свободно глядеть в глаза каждой истине. Робкий в личных отношениях, застенчивый в обществе, он смел наедине с собою и в своих логических построениях. Беспрестанно воображение его работает над картинами любви. Если он презирает свой разврат и гнусные удовольствия, которые так близки к этому разврату, то он стремится облагородить свои развратные мечты. Он убеждается, что его разврат не был бы преступен, если бы не грозил его здоровью. Под влиянием кое-каких прочитанных книг, увлекаемый своею смелою и честною мыслью, он идет далеко и разрушает основания нравственности в своем сердце. Она заменяется разумом, и он обвиняет себя уже с другой точки зрения. Начинается борьба между разумом и плотью, как раньше между условным и естественным.

"МЕЛКИЙ БЕС" НИКОЛАЯ ДОСТАЛЯ

Посмотрел “Мелкого Беса” Николая Досталя и чувство восторга соединилось во мне с чувством легкой горечи. Восторга потому, что “Мелкий Бес” Федора Сологуба – это та линия русского искусства, кино и литературы, которая нигде почти уже не видна кроме театра. Нечто подобное можно увидеть отдаленно в “Скверном анекдоте” Алова, Наумова или романе “Линии судьбы, или Сундучок Милашевича” Марка Харитонова или картине “Пасека” арт-группы НОМ.

То, да не то.

Федор Сологуб и его великий роман – бездна и, мне показалось, что упасть в эту бездну можно было бы не головой вниз, не стремительным домкратом как это сделал Досталь, а, как раз наоборот, взлетая в небо. Николай же фильм свой сделал в лоб – изобразил дурдом, а ведь “Мелкий Бес” – это вовсе не дурь, не уездная хтонь, а чистый и парадоксальный текст со множеством потаенных ходов, с образом гейши-Японии, только что утопившей в Цусиме эскадру Рожественского, с Русью-Варварой, которую зарезал магистр Передонов.



Передонов, представляется, на первый взгляд, хрестоматийным жлобом, провинциальным комментатором из Яндекс-Дзена, который видит жидомасонский заговор в каждой недотыкомке, но это не так.

И уж странные отношения Саши Пыльникова и Людмилы Рутиловой решены Досталем в фильме вовсе неверно. Не тот тон взял Досталь, не тот. Мне кажется, что центр романа это не Передонов и Варвара, а именно Пыльников и Людмила.

Надо бы перечитать “Мелкого беса”.

Хорошо бы стать рыбачкой,
Смелой, сильной и простой,
С необутыми ногами,
С непокрытой головой.
Чтоб в ладье меня качала б
Говорливая волна,
И в глаза мои глядели б
Небо, звезды и луна.
На прибрежные каменья
Выходила б я боса,
И по ветру черным флагом
Развевалась бы коса.