zheniavasilievv (zheniavasilievv) wrote,
zheniavasilievv
zheniavasilievv

ПОЭТ ВЛАДИМИР БОГОМЯКОВ

А ведь Владимир Богомяков – шикарный поэт. Признаюсь, что я утопаю в его стихах как в кривой воде и не хочу всплывать.

Отчего так? Мне бы хотелось выделить 5 основных особенностей Западно-Сибирского литератора.

1. Очень трудно словами пересказать свой сон. В то же время я понимаю, что сновидческая действительность – намного богаче и интересней, чем дневная. От этого обидно. Немногие художники могут соединить мир сна и мир бодрствования к таким относится Ишимский поэт профессор Богомяков.

2. Почти в 30% стихотворений у Богомякова встречаются “водка”, “пить”, “напился”, “вино”, “бухать”, хотя, как всякий алкоголик Богомяков уже давно ничего не пьет кроме воды и морса.

3. Тяга к мелкому. Богомяков купается в деталях, редких словах и географических явлениях. У него не найдешь общих, характерных для поэзии вообще фраз “Поехал в поле”, “уехал в лес”, “за туманом, за запахом тайги”, у Богомякова обязательно – уехал куда-нибудь “в Надым”, в “Кзыл-Орду”, у него ЗАУРАЛЬСКИЙ карась, а не рыба вообще, коньяк “кёнигсбергский”, а если спирт, то “тугулымский” и так далее, и тому подобное. По Хайдеггеру так разговаривает Бытие и Сущее - через Ландшафт и Четвертицу. А, впрочем, быть может, поэт Владимир просто любит Энциклопедический Словарь и играет редкими словами как с бисером.

4. Одушевление неодушевлённого и неразумного. От этого становится жутко и безумно. То кот “бухает целый год”, то “георгин сел на мель”, то “кожистый боб водки хочет купить”.

5. Равнодушное отношение к мерзкому, низкому, порочному. Вместо привычного в интернатах крика: “О, падение нравов!” “Дебилы!” “Алкоголизм!” “Потреблядство!” “Гейропа!” “Поцреотизм!” “Оскотинивание!” - Богомяков с улыбко-белужье стальной презрительно смотрит на мир и все принимает.

“Обоссался” – ОК, “обосрался” – норм, “мочегонное”, “задолбал” - нищтяк, а потом как божество какое тает в северной дали.

Или вот: “из попы дым”. Так в приличном обществе не говорят, но потом "устроим шайтан-кильдым” – снова редкое словечко. Посему я называю Богомякова “уватским” поэтом, а не каким-нибудь русским. Это такая не очень приятная, но околдовывающая черта стихотворений чем-то напоминает ненавистное мне “Счастье” Медведкина или “Небывальщину” Овчарова или любимое (парадоксально) “параллепипедное кено” или в литературе Мамлеева, или Платонова, чуть-чуть Хармса, Дениса Осокина (!!!), обэриутов, Веденского, мультфильм “Потец” и так далее.

Что-то мерзко-притягательное в этом искусстве есть. Когда в "Счастье" Медведкина безумный старик лезет за блинами через забор, то обсраться же можно от ужаса. Понимаешь, что такой зарежет, а потом частушку споет и ничего ему за это не будет, поскольку у него справка из дурдома и вообще он народ. Такое впечатление и поэзия Богомякова производит.

"Потерялся серый пушистый кот.
Он до этого бухал целый год.
Встанет в полночь выпить 100 грамм и съесть варёное яичко
И машет сломанными лапами, изображая небесное птичко.
А то сядет напротив и пристально-пристально смотрит в глаза.
Знаешь, говорит, меня больше не держат мои тормоза.
А я ему: ты вчера упал с кровати и обоссался.
А он в ответ: это ничего, главное — не обосрался.
Потерялся серый пушистый кот.
Несмотря на статус участника боевых действий,
Он не имеет льгот.
Он мне как-то пожаловался, что совсем не знает отца.
Он просил мочегонное от отёков лап и лица.
А то говорит: сходи в больницу, выпиши для меня феназепам.
Никакого феназепама, гадёныш, я тебе не дам.
Ложись и спи, говорю, а то ты меня задолбал.
И вот наутро серенький котик пропал.
То ли пошёл на дым, то ли уехал в Надым".

"Там георгин-красавец во саду осеннем сел на мель.
Коты, подошедши, хихикая, пинают лапами полый стебе́ль.
А мимо проходит Г., сбежавший из лечебницы для наркоманов.
Он смотрит, и глаза его как полутвёрдая карамель.
И две сломанные сигареты на дне его пыльных карманов.
Октябрь ли, ноядрь ли, декабь золотой полутёмный.
Гуляет по стылому полю тупой зауральский карась.
Как тёмный кожистый боб, как нездешний бундук двудомный.
Пойдём, говорит, купим водки и сыру, Петрась!
А если коньяк кёнигсбергский, то это ж кусочек нашего скромного лета.
А если спирт тугулымский, то это как выстрелить в желудок из пистолета.
Из жопы пойдёт белый мутный дисперсный дым.
Увяданья золотом охваченный, ты не будешь больше молодым.
Но зато приедем в квартирку и устроим шайтан-кильдым".

Tags: Стихи в виде поэзии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments