Расемон 80-х
РАСЕМОН 80-Х
Вчера видел интереснейший фильм “Следы на снегу” – о становлении сибирского панк-рока в конце 80-х. В нем снялись Немиров, Гюзель, Плотников с залихватским задором, поведавшие о своей лихой юности
Намедни был флеш-моб 90-х. Оказалось, что 90-ые у всех разные. Я вообще не догадывался о никаком сибирском панк-роке все 3 года учебы в универе (и два года в армии), хотя все эти Неумоевы, Немировы, Джеки буквально сновали, пели и плясали у меня под носом на расстоянии 50-100 метров. Как такое возможно? А вот так и возможно. Так и проходит жизнь. У всех она своя.
Лишь осколки воспоминаний помогают собирать пазл.
Помню апрель 1985 года. Я тогда был полностью раздавлен мощью группы “Модерн Токинг” и прогулкой с через всю Тюмень, взявшись за пальчики с Оксаной Соковых. Оксана гуляла, гуляла, потом отчего-то пригласила в подъезд и скромно спросила “Можно тебя поцеловать?”. Я, конечно, отказался и напустил в штаны от страха, а в этом время происходит события поистине космического масштаба.
Вел я тогда, как и сейчас, впрочем, жизнь отшельника, но был у меня товарищ. Эльчин Салманов. Вечером прибегает с выпученными глазами и кричит: “Ты не представляешь, что я такое видел. ФАШИСТЫ на физфаке концерт, устроили.
Орали, ломали стулья и кричали Хайль Гитлер”. Я не поверил впечатлительному бакинскому юноше, а потом через 20 лет узнал о знаменитом концерте апреля 1985 года, когда произошло рождение сибирского панк-рока.
Кроме того, был туалет – пограничье между ФРГФ и Филфаком, где Плотников развивал, как я теперь понимаю, тюменский панк-рок вместе с филологами, которых я не знал.
Я слушал трусливо их разговоры. Почти ничего не понимал. Для меня они были что-то далекое. Марсианское. А для Эльчина Салманова они были как гитлеровцы.
Это очень смешно и поразительно. Как странно реальность преображается в нашем сознании.
Все, это я к чему говорю.
Я говорю о том, что и 90-ые, и 80-ые в сознании разных людей могут быть принципиально разными. У людей была “Культурная Революция”. У меня было научная библиотека, увлечение языкознанием, Фердинадом де Соссюром, “Сатириконом” Петрония, тяжелейшие годы на ФРГФ, где меня хотели выгнать за тупость, хождение с пальчиком с Оксаной Соковых и Флюрой Бандреддиновой от улицы Парфенова к ТГУ и даже дальше к Дому Офицеров, а у передовой молодежи был “Кооператив Ништяк”, водка из горла и культурный андеграунд.
Вчера видел интереснейший фильм “Следы на снегу” – о становлении сибирского панк-рока в конце 80-х. В нем снялись Немиров, Гюзель, Плотников с залихватским задором, поведавшие о своей лихой юности
Намедни был флеш-моб 90-х. Оказалось, что 90-ые у всех разные. Я вообще не догадывался о никаком сибирском панк-роке все 3 года учебы в универе (и два года в армии), хотя все эти Неумоевы, Немировы, Джеки буквально сновали, пели и плясали у меня под носом на расстоянии 50-100 метров. Как такое возможно? А вот так и возможно. Так и проходит жизнь. У всех она своя.
Лишь осколки воспоминаний помогают собирать пазл.
Помню апрель 1985 года. Я тогда был полностью раздавлен мощью группы “Модерн Токинг” и прогулкой с через всю Тюмень, взявшись за пальчики с Оксаной Соковых. Оксана гуляла, гуляла, потом отчего-то пригласила в подъезд и скромно спросила “Можно тебя поцеловать?”. Я, конечно, отказался и напустил в штаны от страха, а в этом время происходит события поистине космического масштаба.
Вел я тогда, как и сейчас, впрочем, жизнь отшельника, но был у меня товарищ. Эльчин Салманов. Вечером прибегает с выпученными глазами и кричит: “Ты не представляешь, что я такое видел. ФАШИСТЫ на физфаке концерт, устроили.
Орали, ломали стулья и кричали Хайль Гитлер”. Я не поверил впечатлительному бакинскому юноше, а потом через 20 лет узнал о знаменитом концерте апреля 1985 года, когда произошло рождение сибирского панк-рока.
Кроме того, был туалет – пограничье между ФРГФ и Филфаком, где Плотников развивал, как я теперь понимаю, тюменский панк-рок вместе с филологами, которых я не знал.
Я слушал трусливо их разговоры. Почти ничего не понимал. Для меня они были что-то далекое. Марсианское. А для Эльчина Салманова они были как гитлеровцы.
Это очень смешно и поразительно. Как странно реальность преображается в нашем сознании.
Все, это я к чему говорю.
Я говорю о том, что и 90-ые, и 80-ые в сознании разных людей могут быть принципиально разными. У людей была “Культурная Революция”. У меня было научная библиотека, увлечение языкознанием, Фердинадом де Соссюром, “Сатириконом” Петрония, тяжелейшие годы на ФРГФ, где меня хотели выгнать за тупость, хождение с пальчиком с Оксаной Соковых и Флюрой Бандреддиновой от улицы Парфенова к ТГУ и даже дальше к Дому Офицеров, а у передовой молодежи был “Кооператив Ништяк”, водка из горла и культурный андеграунд.