Деревья, усопшие в сером снегу, и две одиноких вороны... Идея России, насколько могу проникнуть сознаньем за ровный, открытый, казалось бы, даже врагу остриженный холм уголовный, - идея России не где-то в мозгу, не в области некой духовной - а здесь, на виду, в неоглядной глуши, в опасном соседстве с душою не ведающей, где границы души, где собственное, где - чужое. Бренные дома замученного цвета, слева пустыри, бетон, задворки автобаз - даже сладко-пасмурное лето в человечности не уличает вас! Выйти - все равно что умереть, в точку на листе миллиметровки, в точку (не приблизить, но и не стереть) - обратиться в точку; выйдя из трамвая, в собственной тени бесследно исчезая. Горят безлунные слова невидимо, как спирт... Как пламень, видимый едва, над городом стоит. Рванется ветер, и язык качнется, задрожит... Ни треск, ни сполох и ни крик, на шороха в ушах - бензин бесформенно горит в пожарных гаражах.