Конструктор красного цвета vs Древа жизни

Большим мастером метафизического посткино в Северной Америке остается Терренс Малик. Его эпический труд “Древо Жизни”, расколол киноведов ВНИИка и киноблогеров на два непримиримых лагеря, которые ненавидят друг друга. Художественное своеобразие кино от американского метра зиждется на смешении документалистики, художественного кино и мультиков.

И параллельщика Андрея И уже тоже давно можно считать самым нежным режиссером постсоветской кинометафизики. Помню, какой неожиданностью завершился показ фильма “Конструктор красного цвета” на корабле в Каспийском Море около города Челекен. Фильм, имеющий своим предметом изучение метакода местности, вызвал бурную реакцию португальского капитана и американских нефтяников. Они кричали и крутили пальцами у виска. В конце концов они выкинули мою кассету в море. Египтянин же старпом лишь горько ухмыльнулся и сказал, что “Конструктор красного цвета” – лучший фильм, который он видел после “Песни соловья”. Потом помолчал и добавил: “Take it easy, Zhenia, Americans are known for the lack of taste. A little knowledge is a dangerous thing.”

А ведь Кино И реанимировало не только эстетские поиски серебряного века, но подобно творчеству Малика исследовало основания генетики миросоздания и происхождения человеков. Андрей И в своем фильме утверждал, что модуляции метакода воздействуют на зрителя на уровне безусловных рефлексов. Многоступенчатый механизм влияние идентичности, проблема близнецов, ставила в весь рост вопрос о том, что есть человек, каковы его психосубстанции и как они связаны с DD-фактором.

Интересны были и кадры настоящих хирургических операций, возникновения и роста эмбриона человеческих существ. Сбылось пророчество и вот уже через 17 лет по пути научной худодокументалистики проследовал и Терренс Малик.