zheniavasilievv (zheniavasilievv) wrote,
zheniavasilievv
zheniavasilievv

ТРУДНО БЫТЬ МОЛОДЫМ: КИНО И ШКОЛА

Нарыл в глубинах глобальной сети забавный опус Александра Фролова "Трудно быть молодым", где на 60-ти страницах рассватрвается такой феномен как молодежное кино. Как же все таки изменился стиль кинокритических и киноведческих текстов за 20 лет! А тут еще и космомольский задор 1989 года, особый "перестроченый" стиль мышления, который существовал на страницах газет года 3-4 и исчез уже к 1990 году.

Хотелось бы почитать старый "Советсткий Экран" и "Исксство кино"

http://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:DKnTV3U696YJ:edu.of.ru/attach/17/55823.doc+%2B%22%D0%93%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%BD%D1%8B%D0%B9+%D0%BE%D1%82%D1%80%D0%B8%D1%86%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9+%D0%B3%D0%B5%D1%80%D0%BE%D0%B9+%D1%8D%D1%82%D0%BE%D0%B9+%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D0%B9%22&cd=1&hl=ru&ct=clnk&gl=ua




Александр Федоров


ТРУДНО БЫТЬ МОЛОДЫМ: КИНО И ШКОЛА

В данном научно-популярном издании анализируется практический опыт многолетней работы студенческого киноклуба. Автор – д.п.н., профессор, Президент Ассоциации кинообразования и медиапедагогики России, действительный член Российской Академии кинематографических искусств и наук Александр Викторович Федоров.

В течение многих лет я вел занятия молодежного киноклуба. За это время мы посмотрели и обсудили немало самых разных фильмов. Однако в центре дискуссии неизменно оказывались картины, наиболее близкие аудитории – фильмы о молодых. Мне захотелось вспомнить эти споры, поделиться размышлениями об отечественном кинематографе на молодежную тему.

1.Специфика жанра, или имитация темы?

Читатели, наверное, помнят, как с настойчивостью, право же, достойной лучшего применения, российский кинематограф рубежа 70-х - 80-х заботливо культивировал особые фильмы для молодежи. Их авторы, вероятно, очень беспокоились о душевно-интеллектуальном состоянии молодых зрителей: как бы те избыточно не переволновались, не испугались или, что еще хуже, не предались бы непосильным для их юного разума размышлениям.

В основном в ход пускалась одна и та же годами шлифовавшаяся схема – на экране сотни жизнерадостных, с иголочки одетых учащихся самозабвенно, дружно и, разумеется, успешно «выводили в люди» одного-двух заблудших ровесников.

Примеров здесь можно привести множество. Именно в это время в молодежной теме наметилось своего рода направление, у которого нашлись, само собой, и свои лидеры. Вернее, не направление даже, а некое поветрие в сюжетосложении, где строго вычерченные, откровенно сентиментальные, примитивные по уровню психологической разработки события, разыгранные для «пущего правдоподобия» молодыми актерами-дебютантами, внешне неотличимо похожими на «простых», «обыкновенных» людей, неизбежно вели к умилительно-счастливому финалу.

Между тем многие молодые зрители интересовались совсем иными фильмами, по настоящему проблемными и правдивыми. Именно об этом и шла речь на организованном киноклубом «круглом столе», посвященном молодежному кинематографу.

Мне как ведущему хотелось узнать у старшеклассников и студентов, чего они ждут от молодежной темы в кино, и что получают в ответ на эти ожидания. Услышать их размышления о причинах появления на экранах тех или иных фильмов о молодых.
Разговор начал студент педагогического института Вадим Л. – один из лидеров любого спора об искусстве:

- Для меня самое главное – то, как кино помогает зрителю разобраться в самых важных вопросах нашей жизни. Ведь каждый из нас должен рано или поздно решать вопросы, которые всегда волновали человечество. Кто я? Для чего живу? Как помочь человеку сделать выбор в противоречивом мире?

Вадим сразу задал беседе серьезный тон. Здесь, наверное, было бы приятно написать, что вдумчивое отношение к кинематографу сформировалось у него в ходе занятий киноклуба. Но это не так: он и три года назад, когда впервые появился на киноклубном просмотре, был, на мой взгляд, почти таким же: элегантным, подтянутым, сосредоточенным, холодноватым в оценках, неторопливо и взвешенно произносящим фразы. Разве что слабее ориентировался в фамилиях известных киномастеров.

- От молодежных фильмов я жду правды, - вступает в разговор Ольга С. – А во многих картинах, если и возникают проблемы, то вскользь, мимоходом. Среди картин, которые я видела, лишь немногие заслуживают высокой оценки – «Чучело», «Пацаны», «Маленькая Вера».

Ольга говорит почти без пауз, ровным, хорошо поставленным голосом отличницы. Она, в самом деле, учится хорошо. Но, к счастью, без желания превратить учебу в некий культ или механическую зубрежку. Много читает. Восторженным и эмоциональным оценкам предпочитает тщательно обдуманное мнение, окрашенное порой едва заметной иронией. Искусством, по-моему, увлекается всерьез.

Вижу, тянется еще одна рука. И еще… Даю слово Юрию З. Хорошо, что он сегодня пришел, - его резкие, несколько самоуверенные выступления обычно выводят любой спор с накатанного пути вариаций общего единодушия. На мой взгляд, Юрий относится к числу тех зрителей, восприятие которых словно «окостенело» на уровне, когда, скажем, какой-нибудь блокбастер с Ван Даммом кажется вершиной мирового киноискусства, а «8 1/2» через 10-15 минут вызывают здоровый сон…

- Ну, вот – опять заладили: проблемность, актуальность… Я считаю, наоборот – слишком много проблемных фильмов сейчас развелось. Во всем нужна мера. Скучных фильмов о молодежи у нас миллион. А вот интересных, захватывающих – почти нет. Нужно больше юмора, трюков, комедий и детективов. А еще лучше поставить хотя бы десяток профессиональных «фильмов-ужасов». Сколько раз я уже говорил – простые люди не хотят в кино и по телевизору видеть то, чего они достаточно насмотрелись вокруг себя: на работе, на улице, в школе. Им, наоборот, надо отвлечься, расслабиться…

- Я во многом не согласен с Юрой, - говорит тихим голосом невысокий блондин Николай Л. – Но мне кажется, в его словах что-то есть. Проблемность не должна быть скучной. Я жду от фильмов для молодежи динамичной, яркой зрелищной формы. Пусть действие будет, на первый взгляд, в виде игры, развлечения, но при этом ненавязчиво говорит о серьезных проблемах. Так, например, сделан «Курьер». Но я считаю, Вадим прав, - хочется, чтобы фильмы о молодых заставляли размышлять о своей судьбе. Так ли я живу? Чтобы после просмотра можно было задуматься о том, что я сделал, чтобы стать нужным людям. Хотелось бы понять в себе и в других то, о чем до фильма не догадывался.

Николая, пожалуй, не отнесешь к эрудитам или острословам. Он приехал в город из далекого села. И к большинству фильмов подходит со своего рода «воспитательной позицией»: чему данное произведение может научить зрителя? Подход, обычно свойственный взрослой аудитории. Однако и среди молодых есть его сторонники.

- Фильмы о молодежи должны не только ставить вопросы, - считает Татьяна С. – А давать на них четкие ответы. Ведь почти все фильмы сейчас оставляют зрителей наедине со своими мыслями. А надо помочь решать наши проблемы. Но только помочь по-настоящему!

Мнение Татьяны, однако, не получает поддержки у большинства участников спора. Им такая точка зрения справедливо кажется потребительской, пассивной по отношению к искусству.
- Я думаю, - говорит Елена С., - что фильмы не должны изображать мир только с хорошей или только с плохой стороны, как это часто бывает на практике. Они должны отражать наболевшие молодежные проблемы, которые надо показать сейчас, чтобы жить дальше. И вовсе не обязательно, Таня, давать на экране выход из того или иного положения. Достаточно поставить вопрос, показать жизнь такой, какая она есть, ничего не приукрашивая. Конечно, проблемы не надо выдумывать, их надо брать из жизни. Но очень мало пока фильмов, правдиво говорящих о наших проблемах. Например, крушение идеалов, попытка найти себя… Часто на нас смотрят глазами постороннего наблюдателя или осуждающе настроенного человека… Если взять такие ленты, как «Баламут», то возникает впечатление, что их герои живут в фантастическом мире…

Елена С. на обсуждениях всегда держится особняком. Учится она крайне неровно. Увлеченная литературой, киноискусством, с трудом, к примеру, осваивает премудрости иностранного языка. Может позволить себе иногда «расслабиться» и не прийти на занятие… Но ей не откажешь в самостоятельности мыслей, в умении отстоять свою точку зрения.


Что же касается упомянутого в реплике Елены С. «Баламута», то эта молодежная комедия в свое время пользовалась успехом у аудитории. Однако весь ход обсуждения в киноклубе показал, что молодые зрители в большинстве случаев были привлечены не художественными достоинствами (которые, на мой взгляд, отсутствовали), а самим фактом обращения экрана к проблемам молодежи.
Эту ленту поставил режиссер В.Роговой, предыдущий фильм которого «Несовершеннолетние» вызвал заметные по тем временам споры. Вопреки замыслу авторов лидером «Несовершеннолетних» стал некий юный супермен по кличке Гоголь. А герои, по идее призванные нести в массы положительное начало, получились на экране серыми, скучными статистами.

Школьники и студенты, заполняя предложенные мною анкеты, выясняющие их зрительские предпочтения, ни разу не назвали ленты, подобные «Баламуту» и «Моей Анфисе» среди самых любимых. Мы обсуждали их в киноклубе, когда тогдашний «заводила» обсуждений Григорий С. готовился уходить в армию. Последнее обстоятельство волею случая пресекалось с судьбой главного героя «Моей Анфисы» - студента Николая. Под влиянием невесты – маляра и передовика производства – тот прыгал с парашютом и шел служить в десантные войска. На этом, правда, «перекличка судеб» кончалась. Григорий – человек, по-настоящему увлеченный: фотография, съемки любительских фильмов, освоение смежной профессии киномеханика. Кстати, это пригодилось Грише и в армии – он показывал фильмы в солдатском клубе. А вот Николай на экране каких-либо интересов практически лишен. Он, как правило, либо многозначительно молчит, либо лениво произносит банальные реплики…


Конечно, у мелодраматического жанра свои законы, право на камерность сюжета и ситуацию традиционного «любовного треугольника». Однако и от мелодрам мы вправе ждать подлинных конфликтов и неординарных характеров. Между тем часто получается так, что актеры безуспешно пытаются оживить шаблонные схемы, а решающие поступки героев получают смехотворные объяснения. Да и вся жизнь экранных персонажей изображается авторами в «комиксном», утрированном стиле, годном разве что для пародии. Но, к несчастью, это не пародии. Напротив, нас все время пытаются убедить в обратном. Но поверить трудно – мешают и блекло-невыразительные персонажи, и бедность мыслей, сводящихся к прописям, и вымученные финалы.

Увы, подобные примитивные схемы долгие годы процветали в российском кино на молодежную тему, где авторы пытались достичь успеха знакомым путем – дескать, снимем «попроще», «подушещипательнее», авось молодые «клюнут»… Нечто похожее произошло, к примеру, и в картине И.Вознесенского «Признать виновным».
Главный отрицательный герой этой криминальной драмы из жизни "юных правонарушителей" - некий девятиклассник Коля, сын обеспеченных родителей. Актер В.Шевельков не жалеет черной краски для своего персонажа. Сигареты, вино, жестокость - наиболее ходовой набор интересов и склонностей юного "сверхчеловека". Вот характерная для общей трактовки образа сцена: Николай сидит в комнате, сверху донизу увешанной рекламными плакатами. В одной руке у него - книжка на английском (паренек-то не без способностей!), в другой - ножичек с выдвигающимся лезвием. На лице шаловливо блуждает самодовольная улыбка...

Сцена - плакат. Хоть вставляй в рамку и помещай на страницах "Крокодила". Между тем авторы продолжают нагнетать "отрицательность" Коли в том же ключе. Николай избивает и грабит пьяного, обижает первоклашку, крадет из чужой машины водку. Топит в ледяной воде беззащитную собачку...


Позвольте, скажет читатель, но так ведь бывает! И пьяных обирают, и водку крадут, и беззащитных собачек топят... Верно, бывает. И в этом смысле фильм отражает реальность. Беда в том, что делается это излишне прямолинейно, назидательно, без попытки проникнуть в психологию характеров.
Мысль авторов ясна - виновный должен понести заслуженное наказание. Но создатели картины, очевидно, хотели, чтобы для юных зрителей события фильма были максимально понятны. Отсюда контраст между Николаем и его одноклассниками - они скромно одеты, говорят правильные слова-лозунги, занимаются самбо, а если и балуются, тот тут же уезжают в Сибирь и там мгновенно перевоспитываются...


Фальшь, лексика не свойственная обычным школьникам, несоответствие возраста актеров их героям - все эти погрешности сразу замечаются молодыми зрителями. Между ними и экраном возникает барьер отчуждения. Тут уж не спасают ни бодрая музыка, ни яркие краски...

В самом конце картины возникает эпизод, взятый словно из другого фильма. Легко представить, как выглядела бы сцена суда, решенная в духе назидательного плаката – с речами обвинителя, с показаниями свидетелей, с последним словом обвиняемого. Но сцена целиком построена на черно-белых стоп-кадрах, в которых камере удалось уловить, а режиссеру отобрать поразительные по емкости моменты. Каждый герой картины появляется лишь на несколько секунд, в двух-трех кадрах. Но за ними, даже не видя самого фильма, можно угадать характеры, судьбы. Остановленные движения, мимика лиц, выражения глаз без диалогов и монологов говорят сами за себя. Если бы такое вдумчивое, внимательное отношение к событиям распространялось на всю картину!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments