zheniavasilievv (zheniavasilievv) wrote,
zheniavasilievv
zheniavasilievv

Categories:

Фильм - символ времени. Начало 70-х

Когда я задумал написать текст о “фильме десятилетия” то сразу же столкнулся с 3-мя дилеммами, решение которых затрагивает не только проблему восприятия искусства, но и проблему восприятия времени, проблему понимания исторического процесса.

Скажу сразу, что под “фильмом десятилетия” я понимаю – не лучший и даже не характерный с точки зрения стиля фильм исследуемого 10-тия, но такой фильм, который бы ярче всего впитал бы в себя “дух времени”, его Zeitgeist. Поскольку я жил почти все время на территории бывшего СССР, то и время которое меня интересует – это исключительно 70-ые, 80-е, 90-е и нулевые годы XX и XXI веков на территории бывшего СССР.



1.Первая дилемма. Самая сложная. Она включается в том, что одно и то же событие, в том числе и “событие искусства” воспринимается нами по-разному с течением времени. Не только меняется наше настоящее, но и все время меняется наше прошлое в зависимости от нового контекста настоящего. Я не вижу никакой крамолы в переписывании истории. Более того, я считаю, что это переписывание-переосмысление и есть единственно возможный и естественный метод постижения Истории и Прошлого.

Лучше всего это проследить, например, на примере кино 80-х. Многие атрубуы и приметы того времени меняют с течением его смысловую и качественную нагрузку. Например, чувак в белых кроссовках, “варенных джинсах” на вишневой “девятке” с непомерными понтами кинозрителем 1987 года воспринимался совершенно отлично от современного кинозрителя. Сейчас он пойдет по категории мелкого, провинциального жлоба-недуомка, а в 1987 году он считывался как модный, авангардный и преуспевающий, хотя и жестокий, отвратительный представитель нового общественного класса. Сейчас его дальним эквивалентом мог бы стать нахальный, высокопоставленный ФСБ-шник в костюме Армани на Mercedes C 63 AMG.

Или возьмем эпоху русского модерна. Сейчас дирижабли и моторные ландо эпохи Северянина воспринимаются нами с легкой усмешкой и доброй снисхотительностьью, данью старинным причудам наших прадедов, а для современников Северянина вполне возможно дирижабль и аэроплан были эквивалентами самолета А-380 и автомобиля Koenigsegg.

Все время меняется валентность событий прошлого, например, кадры советской хроники. От хроники пионерского хора, здравиц в честь Брежнева на XXV съезде партии в кинозале 1989 года веяло пошлостью, а в 2008 году эти пионерские рулады уже милы и вызывают ностальгическую слезу. Помню, как забавно и многократно менялась оценка фильма “Ирония судьбы” Эльдара Рязанова. 70-е фильм шел на ура. 80-ые он стал подзаемучивать зрителя. В середине 90-х, после завершения эпохи чернухи, когда вновь возникла мода на все советское, он снова взлетел на пик популярности, теперь же в контексте глянцевой культуры и неофеминизма Радуловой-Арбатовой, герои Яковлева и Мягкова – являют собой объект насмешек даже для женщин, не являющихся феминистками.

Забавно смена полярности в отношении, скажем, героев фильма “Собачье Сердце” или “Принцесса на бобах”. Совершенно иное истолкование получают такие уникальные для своего времени картины как “Экипаж” или “Маленькая Вера”.

Я не вижу в этом ничего крамольного, в том, что время меняет наше ощущение времени. “Бытие временится из будущего”, утверждал Хайдеггер и был прав. Что там говорить о таких высоких материях как кино или история. Если даже в течение суток один и человек меняет свое мнение о предмете благодаря контексту своей бытовой реальности. Например, весь день не ел, не пил, захотел пойти в фешенебельный ресторан. Предвкушая богатый ужин в метель написал восторженный пост – о еде и о вине. Пошел, нажрался как свинья, выпил море водки, лежит дома и проклинает свое обжорство, алкоголизм и этот ресторан, будь он проклят.

2. Вторая диллема. В зависимости от образа жизни и места разные люди воспринимают Время по-разному. Поэтому в описании Времени, придется идти на некий компромисс. С одной стороны, у тебя есть личный, уникальный опты переживания жизни. С другой стороны, ты вынужден учитывать образ времени, который сложился в обществе, в культуре. Необходимо здесь найти некую середину, иначе твой опыт не будет иметь никакой ценности для окружающих и останется отрезанным от опыта других людей. В конце концов, опыт может быть совершенно экзотическим. Кто-то жил в Кремле, кто-то в глухой деревне, кто-то просидел в чеченском плену 7 лет, кто-то работал в публичном доме. Здесь все-таки важно, найти некие точки соприкосновения, найти интерсубъективность, общее поле переживаний хотя бы для группы людей.

Ярче всего парадокс этого плана проявился у меня в выборе фильмов 90-х.

3.Диллема самая простая в сущности – это проблема того, что 10 лет - слишком большой промежуток времени, чтобы найти универсальный фильм, который бы смог охватить собой целых 10 лет. Наша жизнь настолько стремительно меняется, что 10 – слишком жирно. Ярче всего эта проблема видна в разломе 80-х. Вот уже действительно десятилетие, которое поломалось пополам 1985 годом. 1982 год – это одна вселенная, а, извините, 1989 год – это уже другая вселенная.

Поэтому я здесь решил пойти на компросис и пока разделить каждое десятилетие на половинки. Так же компромиссно я поступил и по первым дилеммам. Предложив на выбор сразу несколько фильмов, которые бы отражали и нынешнее мое ощущение прошлого и как бы забытое переживание, сохраняли как бы голос прошлого. Я попытаюсь дать дать и свой, и как бы общественный (на мой взгляд опять же) кинообраз десятилетий в кино.

Итак,

70-ые годы. Первая половина. 1970-1974.

“Ох, уж эта Настя” и “Ксения, любимая жена Федора”.

70-ые годы – самое любимое и интересное для меня десятилетие. Этой мой символ веры, время, которому я бесконечно передан, и которое служит для меня камертоном для оценки многих художественных произведений. Аристократичное, но мещанское, тихое, но глубокое, подсахаренное, но все, же профессиональное – такую характеристику я бы дал кино 70-х и частично времени 70-х. Это – не время сильных высказываний, это - время тонких интонаций.

С одной стороны, советское общество все еще двигалось по инерции в сторону неведомого коммунизма, но дивжение это, как все писали, было бегом на месте. Реальность же была уже мещанской, мелкобуржуазной. На первый план, выходило индивидуальное, частное, семейное: сервант и ВАЗ-2106, первая любовь и кризис среднего возраста. А это – ОЧЕНЬ много на мой вкус. Это – и есть ткань жизни. Индивидуальное копошилось, но было все-таки ограждено и от угрозы экономического разорения, от крупных сражений, от крови и размаха 90-х.

Другой характеристикой Советского кино 70-х был проникновенный лиризм, песенность. Снималось огромное количество сказок, музыкальных фильмов, где реальность была бесконечно условной, но узнаваемой. Это все таки не “Кубанские казаки”, но и не “Жар нежных”. Соцреализм в его лучших образцах. В этом смысле для многих киноведов 70-ые были застойным временем, шагом назад. Тогда как для иных кино 70-х представлялось вершиной, неким эстетическим реваншем как в отношении сталинского, классового ампира, так и острой социальности конца 50-х, начала 60-х. Проблеме кино 70-х посвящена целое исследование “После оттепели. Кино 70-х”, где она обсасывается с разных сторон очень обстоятельно.




“Ох уж эта Настя” – кино очень урбанистическое, школьное и очень частное. Где на первый план выходит внутренняя жизнь девочки, ее фантазии, а социальный задник задвинут довольно глубоко. Частная жизнь ребенка, его индивидуальность и бесконечная удаленность от актуальной политической и социального контекста. Любование переливами настроений. Разумеется, что и социальное давление в тоже обозначальность через учителей, через образ старшей сестры, но все же социальное тут же пасовало и уходило в тень, уступая дорогу интимному, частному опыту. Очень важно, что героев многих фильмов 70-х выступали дети, люди социально неангажированные. Мне кажется, Ни одно кинодесятилетие не посвящало столько энергии исследованию жизни детей и подростков как 70-ые, ни у нас, ни за рубежом.



“Ксения, любимая жена Федора” – несколько иной склон десятилетия, более народный, земной, но все, же все равно бесконечно частный, закрытый от социума. Если в фильме Победоносцева на первый план выходит проблема инициации ребенка, вхождения его “Я” в большой и сверхисторический мир, то в Мельникова эстетизируеться вечная женственность, и тайны материнства, легко выходящей за рамки узкой социальной пробематки социалистической стройки как символа этого опыта. Я выбрал этот фильм еще и потому, что в нем преломился мой частный, младенческий опыт. Новостройки, КРАЗы, пустоватые квартиры, пахнущие штукатуркой, живая незатейлиовсть первых поселенцев – это и есть юный Нижневартовска начала 70-х.

Я буду рад, услышать ваше мнение по этому вопросу. Какие фильмы начала 70-х по вашему мнению лучше всего олицеворяют эти годы, трогают его нерв больнее всего? Какой фильм лучше всего выразил Ваш личный жизненный опыт 1970-1974 годов?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments