August 12th, 2022

КТО УБИЛ КИНОКРИТИКУ

Буквально на второй день после выхода книги “Наше странное кино” мне и моим соавторам - Елене Комиссаровой и Денису Анурову пришло весьма прельстивое предложение участвовать в телепередаче на телеканале ТВ-3. Передача называлась “Кто убил кинокритику?” Послание же было полно восторгов по поводу новоиспеченного сочинения и приглашало участвовать в бурной дискуссии.

Ну и я поперся. Какая же это была ОШИБКА!

(По пути на телепередачу заскочил на Арбате в книжный магазин. Оказалось, что все экземпляры нашей книжки в тот день уже были с утра распроданы. Пришлось заказывать по интернету).

Уже не раз участвовал в телепередачах, даже и на Первом Канале, даже и домой с интервью ко мне приезжали. Но вот эта посиделка на ТВ-3 была наихудшей в моей жизни. Пока.

Хотел было написать сразу по горячим следам, да комп сломался, потом я уехал в деревню, потом вернулся в Москву, сломался уже другой комп, потом утонул в океане мелких дел.

Ну так вот.

1. Мы то думали, что выступать будем именно мы, но все оказалось гораздо хуже. Не только выступать не дали, но и организаторы повели себя настолько странно, что до сих пор я так и не понял, что это было. Слава Деве Марии, что Денис еще не приехал и особенно Елена из Питера! А речь шла о приезде!

2. Ну, в конце концов, можно было спокойно посидеть и послушать. Но и этому не суждено было сбыться. Встреча состоялась в харчевне “Community” на берегу Москвы-реки. Накрапывал грустный дождик. Я пошел за полтора часа к этому духану, который, как оказалось, и не заведение общепита, а нечто, что пытается быть всем на свете: библиотекой, борделем, ночным клубом, пивной, дискотекой, местом для съемок и знакомств. Я и чуть не заблудился, ибо пошел искать заведение сие прямо от его же двери. Я не прочитал названия сразу, поскольку буквы были ПЕРЕВЕРНУТЫ. Не врубился, ходил в какой-то институт и только потом мне объяснили, что “CMMTITITYY” и есть “Community”.

Пришел. Сел смиренно не в кресла подиума, а в первый ряд. Но тут к мне подбежала какая горная лань и прошипела, что “тут место не для Вас” и “идите куда-нибудь пересядьте”. Ну, ладно думаю: “тут воссядут какие-то маститые киноведы и будут с первого ряда кинокритику обсуждать c теми, кто на подиуме, а я послушаю”.

Сижу с краю во втором ряду. И тут из бузины откуда-то выныривает уже какая-то фемина обвешенная фотоаппаратами и деловито указывает, чтобы я пересел вглубь зала. Я и пересел полный смирения. Правда, думал, что это какая-то репортёрша из “Новой Газеты” или “Первого Канала” и ей нужно писать статью о мероприятии. Но тут пришла еще одна барышня и выгнала первую с места у прохода. При чем особо не церемонясь! Та, первая с фотоаппаратами горячо убеждала меня в необходимости быть ближе к проходу, но уступила место без сопротивления. А я еще раз пересел.

Думал, что столь великий интерес к этой телепередаче, столь большая толпа журналистов выльется в серию горячих и глубоких репортажей. Но сколько я не рылся в интернете, почти ничего не нашел. Зачем эта возня была я так и не понял.

Сижу тихо уже, никого не трогаю. И вдруг меня стали окружать какие-то мамзели с вином. Прямо в середину зала лезли по головам с фужерами. Дамы болтали языками и ногами, обсуждали недавнюю поездку в Римини, какого-то Макса и ржали как лошади. Создавалось впечатление, что тема телепередачи их не интересует нисколечко.

Еще до начала скоротечнейшей дискуссии в той комнате, где мы сидели была библиотека. Я попросил командиршу зала взять книжку почитать, все-таки, думаю, “Храм Просвещения”, “Передовой Ресторан”, "мультифункицональный центр". Но девица заявила, что “книги эти не для чтения, а для антуража”. Однако, спустя какое-то время вижу, что народ стал подходить и брать книжки, читать, обсуждать. Я как-то даже и заинтересовался, почему именно мне отказали-то?

И тут одна девка ногой разбивает бокал с вином. То есть она поставила винище на пол и показывала фотокарточки со смартфона подружкам. Осколки валялись на полу, а вино облило мне брюки. Не, я что-искренно в каком-то изумлении пребывал. Зачем приглашает человека куда-то, чтобы потом гонять его из угла в угол и его же заливать вином. В этот момент передача, которая шла 42 с половиной минуты закончилась. Встает Антон Долин или ведущая, я уже не помню, и возвещает: “Господа, дискуссия закончилась, а теперь добро пожаловать на фуршет!”

Орда голодающих любителей кинокритики рванула в какое-то полуподвальное помещение и стала сметать со стола самые маленькие канапе, что я видел в своей жизни. Подавали тунец, лосось, кейл и, кажется, рикотто. Все-это было ужасно безвкусно и самое главное, порции были столь малы, что ничего почувствовать было невозможно. Вино, как водится, кислятина на донышке. Ни опьянения, ни вкуса оно не давало.

Я не побежал на этот общий фуршет, ибо попробовал чуть-чуть этих бутербродов перед телепередачей. Помнил я ужас множества фуршетов в том числе и на званном вечере на ММКФ, когда полуторатысячная толпа снесла поля накрытых столов и мало кому-что досталось. Мне вообще идея фуршета на ногах и на мероприятиях – не близка. Закуски всегда мало, а голодных кинокритиков – много. Народ толпиться, толкается, так стыдно становиться, совместно что-ли. Перегибаешься через весь стол и тянешься за лососем, а тут его у тебя уже и далекий лосось умыкнули, и ближний балык спионерили, пока тянулся.



Да, повторяю, пришел я на телепередачу намного раньше оговоренного времени, потому, что выработал в себе железное правило – приходить везде за час-полтора, чтобы уже никогда нигде не опаздывать. Раньше эти опоздания мне дорого стоили, а теперь я как огурчик всегда первый прихожу. Ну и попробовал эту мерзкую снедь.

3. Самая дискуссия была тусклой, пустой, неинтересной и никак почти не казалась громогласной темы “Кто убил кинокритику”. Я был на аналогичной телепередаче на “Дожде”, где также обсуждали трудности кинокритики. Вот тогда все было славно. Тогда участвовали Борис Нелепо, Зинцов и иные знаменитые кинокритики. Тогда было высказано множество плодотворных идей, говорили и о Сьюзан Зонтаг, и о нишевой кинокритике, коей представитель Борис Нелепо, о переходе кинокритиков в кураторы фестивалей и лекторы, о кинокритиках, которые в одиночку в 20 веке могли убить фильм, об Арнхайме, о Барбато, о кинокритиках, пишущих на Потребу дня и киноведах, которые сочиняют ради Вечности, о Джиме Хобермане, и так далее, и тому подобное.

В этом же раз почти ничего сказано не было. Выступающие говорили преимущественно не о КИНОКРИТИКЕ, А КОММЕНТАХ В СОЦСЕТЯХ.

Из семерки выступающих было полтора дельных человека. Антон Долин и Ситора Алиева. Но Антона Долина и журнал “Искусства кино” я читаю постоянно. Смотрю его лекции в youtube. Особенно нравятся мне его мысль о том, что кинокритик – это противоположность кинорежиссёра, сценариста. Поскольку у кинокритиков, якобы, работает преимущественно “правое”, аналитически полушарие, а у режиссеров – “левое”. Режиссер может быть и глупым, но блестящим творцом, а кинокритик может быть мудр аки Змей, но если сядет и снимет кино, то получится “Холодный Фронт”. (Французская Новая Волна как бы не в счет).

Интересную тему подняла Ситора Алиева. Она утверждает, что во всем мире журналы захватили БЕСПЛАТНЫЕ КИНОКРИТИКИ, которые пишут не ради денег, а ради Славы, Любви к Кино, и за поездки на кинофестивали (и на фуршеты).

Остальные мычали что-то, урчали, но, как я понял, ничегошеньки о кинокритике не знают, поскольку не прочили и 1 критической строчки в последние 5 лет. Все признавались в любви к журналу “Искусство кино”, но было ясно как Божий День, что последний раз этот журнал они читали в институте. Все режиссеры и продюсеры читают сейчас не ПРОФЕССИОНАЛЬНУЮ КИНОКРИТИКУ, а СОЦСЕТИ. Мониторят в основном комменты с лайками и исключительно о СВОИХ СОБСТВЕННЫХ фильмах и сценариях. При чем читают яростно, люто и ревниво. Это относится и к Меркуловой, и к Сельянову, и Мешкенене. Зачем их пригласили на эту полемику, я вообще не понимаю, лучше бы пригласили на пару к Долину: Солнцеву, Манцова, Горелова, Комма, Клеймана, Матизена, Райтгауза, Тютькина и Буныгина на самолете бы лучше привезли, да хотя бы даже и Юсева бы взяли. Каждый бы из них в 20 раз больше рассказал о кинокритике, чем эти продюсеры и режиссеры.

Сайфуллаева вообще ляпнула: "Я читаю всё, и даже запоминаю негативные комментарии и имена их авторов. Люди жестоки! Но если в потоке интернет-негатива я встречаю теплые слова, то это очень заряжает меня работать дальше. Но при этом автор так устроен, что отзыв критика или любителя с эмоциональной точки зрения для него равнозначен",

Самое смешное, что на эту телепередачу народ собирается за час. Потом обсуждают что-то 40 минут, а потом еще на полтора часа все это заедают лососятиной. Вот на “Закрытом показе” – при всем моем скептическом отношении к этой телепередачи, все было нацелено на обсуждение темы – то есть фильма. Все, что до обсуждения и после не имело никакого полового значения. Сам же фильм крутили и вертели и так, и этак. И раз этак.