?

Log in

No account? Create an account
ММКФ. "Беса и прочее
zheniavasilievv
Полюбилась пастуху блондинка
"Ах, - сказал, - отменная грудинка!"
А потом сказал смелей:
"Замечательный филей!"

1. “Настоящая любовь никогда не бывает счастливой”
2. “Настоящая любовь – это табу”
3. “Настоящая та любовь – та, которая не случилась”

На дровах этих нехитрых истин разгорается пламя скучнейшей киноленты и, наверное, пока что лучшего фильма этого ММКФ – “Беса” Карановича”. 1914 год, июль, жара, ночи такие длинные. В патриархальный колхоз на юге Сербии из пединститута приезжает пара молодых педагогов – директор Филипп и завуч Лея. Он – серб, человек без свойств. Она – словенка, барышня, космополитка.



…А тут началась война. Немцы напали на нашу Родину. Австрияки на Сербию. Директора школ с оружием в руках пошли проливать кровь. Филлип оставляет Лею на попечении школьного сторожа – немытого албанца Азема. Азем дает Филлиту клятву, на олбанском языке - “беса”, дает, значит, зарок хранить честь и жизнь хозяйки до последней капли крови. И вдруг немытая скотина принимается за свое дело с каким-то албанским фанатизмом. От греха подальше закрывает ее на ключ и привязывает веревкой (читай: Косово е Сербия). Так что не понятно, кто в доме хозяйка.

Но оказывается, не зря. Ибо суровы нравы в сербской глубинке. Фронт приближается. Из окна школы раздаются бравурные немецкие арии, коих Лея большая любительница. Верный сторож с кинжалом в руках отбивает училку то у сельского сброда, то у лощеного сербского офицера, влюбившегося в умничку Лею.

Что касается военного фона, Каранович совершает инверсию. Эстетический эффект в военном фильме через несколько десятилетий достигается сменой полюсов. Самыми злодеями оказываются родная армия (патриоты, НКВД), в фашисты (албанцы, автрияки) – душками. Такова логика эволюции военного фильма. Но это все не важно.

Поскольку кино – не о войне, а о генезисе любви. В фильме она рождается из сверхкрупных планов, из полумрака комнат, из двусмысленности положения героев. Бессюжетность фильма – здесь необходимое условие, поскольку вся энергия фильма сосредоточена на исследовании того момента, той переходной точки, которая отделяет любовь от нелюбви.

А закончилось все очень так, как заканчивается в жизни.

(PS. Фильм можно трактовать как метафору этногенеза балканских народцев)

Сходил на документальное кино, программа “свободная” мысль. Давали лауреата околовсяческих премий “Бухту” Луи Психойоса. Какая гадость, я вам заявляю. Пойдите посмотрите. Самая, самая гнилая пиндосовская политкорректность на марше. Лента снята в стиле телепередачи “Профессия репортер”, где ударными моментами бомбардируют воображение обывателя, подкидывая жаренные факты о том, что дельфины – умные, но купаются в собственных казашках, что японцы – империалисты, изверги, по сути, недочеловеки.

Зато прогрессивны создатели фильма, сожравшие стадо коров, свиней и лошадей, интеллект коих явно выше, чем у его авторов.

Венсесуальский “Брат”, режиссер Раскин, являет собой смесь “Города Бога” Мейреллиша и вообще всех фильмов о футболе, например, “Игры” Рогожкина. “Городом Бога” “Брат” силен, а футболом слаб, как слабы все фильмы о спорте. Ром, танцы, убийства, трущобы Каракаса взрывают поначалу сознание зрителя, но где-то в середине фильма действие останавливается. Пластинку заело. Сюжет и мотивы попадают во временную петлю. Под конец “Брат” сваливается в чуханское спортивное кино, где главный герой забивает в безнадежной ситуации на последник секундах ГОЛ, и тем самым, закругляет все сюжетные линии в искупительную спортивную жертву. По такому шаблону состряпаны десятки фильмов о спорте. Думаю, что даже самые лучшие из них, например, “Вратарь республики” бесконечно слабже по драматургии и жизни, рядового матча ЧМ, например, Новая Зеландия – Словакия 1-1.