Утомленные солнцем. Никита Михаклов. Первые мысли.
Несмотря на мое очень теплое отношение к СОВРЕМЕННОМУ Никите Михалкову, трейлер УС-2 мне категорически не понравился.
Во-первых, мне кажется, подобное кино – страшно устарело. В последние 20 лет было сняты десятки фильмов со схожими сюжетами и это как-то гасит свежесть восприятия. Да, я знаю, знаю, что злые НКВД-шники пытали тысячи честных комдивов, академиков и насиловали школьниц. Но когда, я читаю о Гулаге у Шаламова, то воспринимается это как откровение. В литературе ужасы Сталинской эпохи воспринимаются ровно и безобидно.
А вот в кино, в кино все не то. И мешает мне эстетика всего мирового кино 30-х, 40-х, 50-х. Не только советского кино, но любого венгерского, американского, итальянского. Герои современных российских фильмов о сталинизме – кажутся инопланетянами в сравнении с героями фильмов 30-50. Все иное, походка, фигуры женщин, моторика движений, лексика, мотивация поступков. Словно я кино не о 30-х смотрю, а актеров играющих 30-ые в современной эстетике.
Тут такое дело.
Быть может, фильмы середины ХХ века были просто данью художественной традиции, а отнюдь не зеркалом той жизни. Быть может, современные фильмы даже ближе раскрывают правду. Я не знаю, но я не верю. Не верю в это кино.
Мне кажется, что дело тут обстоит гораздо хуже. Мне кажется, что придуманные сценарии о том времени значительно отупляют, опрощают, редуцируют ту эпоху. Они переводят ее на язык современности. (И напротив, некоторые экранизации литературных произведений, например, телефильм “Доктор Живаго» по роману Пастернака лишены этого недостатка).
Упрощая время, режиссеры (в том числе и Михалков) выбивают опору из под логики и мотивировки поступков героев. Самое большое упущение -, эта недооценка ТРПЕТНОГО ИДЕЛИАЗМА поколения, которое так явственно видно в кинематографе 30-50 (США, Европы, СССР). Без этого идеализма (пусть и ошибочного), которым были пропитаны, в том числе и НКВД-шники, мы упускаем самое главное. Вот, например, Павка Корчагине ведь тоже был ГэБистом (Чекистом), а насколько он шире, многограннее, чем Меньшиков у Михалкова в УС-1.
Без этого идеализма, но с чисто современным цинизмом, отрицательные герои превращаются в просто в марионеток Инферно, бездушных кинокукол.
Насколько было бы глубже и правдивее показать конфликт, скажем, НКВД-шика Павки Корчагина (в исполнении романтичного Конкина), дожившего до 1937-1945 годов, и Комдива Котова (в исполнении одухотворенного Никиты Михалкова). И там герой, и здесь герой. И оба без страха и упрека. Без тени цинизма.
Во-первых, мне кажется, подобное кино – страшно устарело. В последние 20 лет было сняты десятки фильмов со схожими сюжетами и это как-то гасит свежесть восприятия. Да, я знаю, знаю, что злые НКВД-шники пытали тысячи честных комдивов, академиков и насиловали школьниц. Но когда, я читаю о Гулаге у Шаламова, то воспринимается это как откровение. В литературе ужасы Сталинской эпохи воспринимаются ровно и безобидно.
А вот в кино, в кино все не то. И мешает мне эстетика всего мирового кино 30-х, 40-х, 50-х. Не только советского кино, но любого венгерского, американского, итальянского. Герои современных российских фильмов о сталинизме – кажутся инопланетянами в сравнении с героями фильмов 30-50. Все иное, походка, фигуры женщин, моторика движений, лексика, мотивация поступков. Словно я кино не о 30-х смотрю, а актеров играющих 30-ые в современной эстетике.
Тут такое дело.
Быть может, фильмы середины ХХ века были просто данью художественной традиции, а отнюдь не зеркалом той жизни. Быть может, современные фильмы даже ближе раскрывают правду. Я не знаю, но я не верю. Не верю в это кино.
Мне кажется, что дело тут обстоит гораздо хуже. Мне кажется, что придуманные сценарии о том времени значительно отупляют, опрощают, редуцируют ту эпоху. Они переводят ее на язык современности. (И напротив, некоторые экранизации литературных произведений, например, телефильм “Доктор Живаго» по роману Пастернака лишены этого недостатка).
Упрощая время, режиссеры (в том числе и Михалков) выбивают опору из под логики и мотивировки поступков героев. Самое большое упущение -, эта недооценка ТРПЕТНОГО ИДЕЛИАЗМА поколения, которое так явственно видно в кинематографе 30-50 (США, Европы, СССР). Без этого идеализма (пусть и ошибочного), которым были пропитаны, в том числе и НКВД-шники, мы упускаем самое главное. Вот, например, Павка Корчагине ведь тоже был ГэБистом (Чекистом), а насколько он шире, многограннее, чем Меньшиков у Михалкова в УС-1.
Без этого идеализма, но с чисто современным цинизмом, отрицательные герои превращаются в просто в марионеток Инферно, бездушных кинокукол.
Насколько было бы глубже и правдивее показать конфликт, скажем, НКВД-шика Павки Корчагина (в исполнении романтичного Конкина), дожившего до 1937-1945 годов, и Комдива Котова (в исполнении одухотворенного Никиты Михалкова). И там герой, и здесь герой. И оба без страха и упрека. Без тени цинизма.